Неточные совпадения
Или кто-нибудь из старых друзей его вспоминал о нем и присылал ему деньги; или какая-нибудь проезжая незнакомка, нечаянно услышав о нем историю, с стремительным великодушьем
женского сердца присылала ему богатую подачу; или выигрывалось где-нибудь в пользу его
дело, о котором он никогда и не слышал.
Таким образом опять все заглохло бы в комнатах Обломова, если б не Анисья: она уже причислила себя к дому Обломова, бессознательно
разделила неразрываемую связь своего мужа с жизнью, домом и особой Ильи Ильича, и ее
женский глаз и заботливая рука бодрствовали в запущенных покоях.
— Что ж, одному все взять на себя? Экой ты какой ловкий! Нет, я знать ничего не знаю, — говорил он, — а меня просила сестра, по
женскому незнанию
дела, заявить письмо у маклера — вот и все. Ты и Затертый были свидетелями, вы и в ответе!
Он задрожит от гордости и счастья, когда заметит, как потом искра этого огня светится в ее глазах, как отголосок переданной ей мысли звучит в речи, как мысль эта вошла в ее сознание и понимание, переработалась у ней в уме и выглядывает из ее слов, не сухая и суровая, а с блеском
женской грации, и особенно если какая-нибудь плодотворная капля из всего говоренного, прочитанного, нарисованного опускалась, как жемчужина, на светлое
дно ее жизни.
Она понимала яснее его, что в нем происходит, и потому перевес был на ее стороне. Она открыто глядела в его душу, видела, как рождалось чувство на
дне его души, как играло и выходило наружу, видела, что с ним
женская хитрость, лукавство, кокетство — орудия Сонечки — были бы лишние, потому что не предстояло борьбы.
Публикуется: «Сего…
дня пополуночи в 10 часов, по определению уездного суда или городового магистрата, продаваться будет с публичного торга отставного капитана Г… недвижимое имение, дом, состоящий в… части, под №… и при нем шесть душ мужеского и
женского полу; продажа будет при оном доме.
И Степан Аркадьич улыбнулся. Никто бы на месте Степана Аркадьича, имея
дело с таким отчаянием, не позволил себе улыбнуться (улыбка показалась бы грубой), но в его улыбке было так много доброты и почти
женской нежности, что улыбка его не оскорбляла, а смягчала и успокоивала. Его тихие успокоительные речи и улыбки действовали смягчающе успокоительно, как миндальное масло. И Анна скоро почувствовала это.
Они возобновили разговор, шедший за обедом: о свободе и занятиях женщин. Левин был согласен с мнением Дарьи Александровны, что девушка, не вышедшая замуж, найдет себе
дело женское в семье. Он подтверждал это тем, что ни одна семья не может обойтись без помощницы, что в каждой, бедной и богатой семье есть и должны быть няньки, наемные или родные.
Губернский предводитель, в руках которого по закону находилось столько важных общественных
дел, — и опеки (те самые, от которых страдал теперь Левин), и дворянские огромные суммы, и гимназии
женская, мужская и военная, и народное образование по новому положению, и наконец земство, — губернский предводитель Снетков был человек старого дворянского склада, проживший огромное состояние, добрый человек, честный в своем роде, но совершенно не понимавший потребностей нового времени.
На второй и третий
день шли
дела о суммах дворянских и о
женской гимназии, не имевшие, как объяснил Сергей Иванович, никакой важности, и Левин, занятый своим хождением по
делам, не следил за ними.
Ты мне теперь не поверишь, но я тебе говорю: мы вот с тобой попали в
женское общество, и нам было приятно; но бросить подобное общество — все равно что в жаркий
день холодною водой окатиться.
Впереди него, из-под горы, вздымались молодо зеленые вершины лип, среди них неудачно пряталась золотая, но полысевшая голова колокольни
женского монастыря; далее все обрывалось в голубую яму, — по зеленому ее
дну, от города, вдаль, к темным лесам, уходила синеватая река. Все было очень мягко, тихо, окутано вечерней грустью.
Было очень трудно представить, что ее нет в городе. В час предвечерний он сидел за столом, собираясь писать апелляционную жалобу по
делу очень сложному, и, рисуя пером на листе бумаги мощные контуры
женского тела, подумал...
— Всё равно, зачем мешаются не в свое
дело. Не
женское это
дело.
На следующий
день, в воскресенье, в 5 часов утра, когда в
женском коридоре тюрьмы раздался обычный свисток, не спавшая уже Кораблева разбудила Маслову.
В
женских банях было свое «лечение». Первым
делом — для белизны лица — заваривали в шайке траву-череду, а в «дворянских» женщины мыли лицо миндальными высевками.
Впрочем, если хотите, и я скажу вам свое серьезное мнение — только не о
женском вопросе, я не хочу быть судьею в своем
деле, а собственно о вас, m-r Бьюмонт.
А кто с дельною целью занимается каким-нибудь
делом, тот, какое бы ни было это
дело и в каком бы платье ни ходил этот человек, в мужском или в
женском, этот человек просто человек, занимающийся своим
делом, и больше ничего.
— Так, Саша; смотри же, что я думала, а теперь это обнаруживается для меня еще резче. Я думала: если
женский организм крепче выдерживает разрушительные материальные впечатления, то слишком вероятно, что женщина должна была бы легче, тверже выносить и нравственные потрясения. А на
деле мы видим не то.
— А в самом
деле, они могут наводить на грустные мысли, вот какие: если при таких ничтожных средствах судить о своих потребностях и о характерах мужчин, девушки все-таки довольно часто умеют делать удачный выбор, то какую же светлость и здравость
женского ума показывает это!
Христианской мысли необходимо считаться с тем фактом, что
женский пол, именно материнство, прославлен Богоматерью («блаженно чрево, носившее Тя, и сосца, яже еси ссалъ» — Лк. 11:27), а мужской Спасителем, над Коим, по закону иудейскому, в восьмой
день было совершено и обрезание (празднуется 1 января).
Христос для того и был рожден
Девой, чтобы освятить
женское начало, а сам пребывал в мужском роде, чтобы мужское и
женское опять составили образ Божий и отныне не было бы мужчин и женщин, а была бы мужествующая
Дева, каковой и был Христос (Classen. 3, 23).
На самом
деле она присуща всему человечеству и слагается из способности повелевать и повиноваться, из авторитета и лояльности, которые суть лишь два полюса власти, мужское и
женское в ней начало.
На
деле я был далек от всякого
женского общества в эти лета.
«
Дело о перечислении крестьянского мальчика Василья в
женский пол».
Проиграла гармоника, прозвучал
женский смех, гремит сабля по кирпичу тротуара, взвизгнула собака — всё это не нужно, это падают последние листья отцветшего
дня.
Велико твое горе
женское,
А и жизнь наша —
дело божие...
В этот
день Н.А. Десулави отметил в своем дневнике растущие в сообществе следующие цветковые и тайнобрачные растения: клинтонию с крупными сочными листьями и белыми цветами на длинном стебельке, гнездовку, украшенную многочисленными ароматными фиолетовыми цветами; козлец — высокое растение с длинными сидящими листьями и беловато-желтыми цветами; затем папоротник, большие ажурные листья которого имеют треугольную форму и по первому впечатлению напоминают листья орляка; кочедыжник
женский — тоже с отдельными большими листьями, форма которых меняется в зависимости от окружающей их обстановки.
Из приваловского дома Хина, конечно, не ушла, а как ни в чем не бывало явилась в него на другой же
день после своей размолвки с Приваловым. Хозяину ничего не оставалось, как только по возможности избегать этой фурии, чтобы напрасно не подвергать нареканиям и не отдавать в жертву городским сплетням ни в чем не повинные
женские имена, а с другой — не восстановлять против себя Зоси. Хиония Алексеевна в случае изгнания, конечно, не остановилась бы ни перед чем.
— Приходи так — я могу, а жить постоянно — нет; ты женатый, а мое
дело женское, должна я о себе подумать, пристроиться за хорошего человека.
Одна из этих женщин до того уже презирала в это мгновение другую и до того желала ей это высказать (может быть, и приходила-то только для этого, как выразился на другой
день Рогожин), что как ни фантастична была эта другая, с своим расстроенным умом и больною душой, никакая заранее предвзятая идея не устояла бы, казалось, против ядовитого, чистого
женского презрения ее соперницы.
— Помилуйте, как же можно, тятенька? Совсем даже не
женское это
дело.
Вечером поздно Серафима получила записку мужа, что он по неотложному
делу должен уехать из Заполья
дня на два. Это еще было в первый раз, что Галактион не зашел проститься даже с детьми.
Женское сердце почуяло какую-то неминуемую беду, и первая мысль у Серафимы была о сестре Харитине. Там Галактион, и негде ему больше быть… Дети спали. Серафима накинула шубку и пешком отправилась к полуяновской квартире. Там еще был свет, и Серафима видела в окно, что сестра сидит у лампы с Агнией. Незачем было и заходить.
— Видишь ли, в чем
дело… да… Она после мужа осталась без гроша. Имущество все описано. Чем она жить будет? Самому мне говорить об этом как-то неудобно. Гордая она, а тут еще… Одним словом,
женская глупость. Моя Серафима вздумала ревновать. Понимаешь?
— За хозяйкой и за
женским уходом
дело у тебя не станет, — молвил Патап Максимыч. — При твоих теперь достатках невест не оберешься, хоть тебе и немало лет. Только этого я тебе не советую. Известно, что такое молодая жена у старого мужа. Не довольство в жизни будет тебе, а одна только маята.
—
Дела, матушка,
дела подошли такие, что никак было невозможно по скорости опять к вам приехать, — сказал Петр Степаныч. — Ездил в Москву, ездил в Питер, у Макарья без малого две недели жил… А не остановился я у вас для того, чтобы на вас же лишней беды не накликать. Ну как наедет тот генерал из Питера да найдет меня у вас?.. Пойдут спросы да расспросы, кто, да откуда, да зачем в
женской обители проживаешь… И вам бы из-за меня неприятность вышла… Потому и пристал в сиротском дому.
— Тут не шутки, а настоящее
дело, — возразил Чапурин. — Выслушайте меня да по душе и дайте ответ. Вот
дело в чем: Авдотья Марковна осталась теперь как есть круглой сиротой. В торговых и других
делах ни она, ни Дарья Сергевна ничего не разумеют —
дело женское, эти
дела им не по разуму. По моему рассужденью, о чем я Авдотье Марковне еще до кончины покойника говорил и она на то согласилась, — надо ей все распродать либо на сроки сдать в кортому.
— Слушаю, ваше высокоблагородие, — сказал Чапурин. — Тут в том главное
дело, что уеду я скоро, покойникова дочка останется одна только с
женским полом. Мало ль от таких людей что может приключиться.
— Так вот, надо мне послать тебя в Красну Рамень, на мельницы, — молвил Патап Максимыч. — Возьми ты его с собой, только, чур, глядеть за ним в оба, да чтобы не балбесничал, а занимался
делом, какое ему поручишь. Да чтобы мамошек там не заводил — не в меру до них он охоч. Хоть и плохонький, взглянуть, кажется бы, не на что, а такой ходок по части
женского пола, что другого такого не вдруг сыскать.
— Эх, Оленушка, Оленушка! Да с чего ты, болезная, таково горько кручинишься?.. Такая уж судьба наша
женская. На том свет стоит, милая, чтоб мужу жену колотить. Не при нас заведено, не нами и кончится. Мужнины побои
дело обиходное, сыщи-ка на свете хоть одну жену небитую. Опять же и то сказать: не бьет муж, значит, не любит жену.
А мое-то
дело женское, как без большака, без семейной головушки хозяйством станешь заправлять?
— Девица она, видите, уж на возрасте, пора бы и своим домком хозяйничать, — продолжал Марко Данилыч. — Сам я, покамест Господь грехам терпит, живу, да ведь никем не узнано, что наперед будет. Помри я, что с ней станется? Сами посудите… Дарья Сергевна нам все едино что родная, и любит она Дунюшку, ровно дочь, да ведь и ее
дело женское. Где им
делами управить? Я вот и седую бороду нажил, а иной раз и у меня голова трещит.
Раз навсегда он сказал себе, что крупные злодейства — не
женского ума
дело, что женщины не имеют такого широкого взгляда на
дело, но что в истязаниях и мучительствах они, пожалуй, будут повиртуознее мужчин.
— Хлопот много. Не
женское это
дело; кабы ты мне свой капитал поручила, я бы тебе его пристроил.
Он отдаленно похож по настроению на те вялые, пустые часы, которые переживаются в большие праздники п институтах и в других закрытых
женских заведениях, когда подруги разъехались, когда много свободы и много безделья и целый
день царит светлая, сладкая скука.
Теперь он был одним из самых главных спекулянтов
женским телом на всем юге России он имел
дела с Константинополем и с Аргентиной, он переправлял целыми партиями девушек из публичных домов Одессы в Киев, киевских перевозил в Харьков, а харьковских — в Одессу.
Она, еще так недавно отдававшая безучастно или, наоборот, с имитацией знойной страсти свое тело десяткам людей в
день, сотням в месяц, привязалась к Лихонину всем своим
женским существом, любящим и ревнивым, приросла к нему телом, чувством, мыслями.
Он теперь часто по несколько
дней не возвращался домой и потом, придя, переживал мучительные часы
женских допросов, сцен, слез, даже истерических припадков.
Ваше
дело женское, еще туда-сюда, потому что домоседничаете и молитвам больше нашего навыкли, а как наш-от брат примется, курам на смех — хоть
дело все брось…
— Какими же вам, Марья Гавриловна,
делами заниматься? — сказала на то Манефа. —
Дело женское, непривычное… Какие вам
дела?